От атомной Франции до угольной Индии: чем страны вырабатывают электроэнергию

Энергетический аналитический центр Ember 15 октября опубликовал новый обзор национальных планов развития накопителей электроэнергии. Совокупные целевые показатели стран на 2030 год достигли 822 ГВт, однако это значительно меньше глобального обязательства в 1500 ГВт. На этом фоне данные за 2025 год позволяют оценить, насколько различаются национальные энергосистемы и какую роль в них играют традиционные и возобновляемые источники.

Инфографика подготовлена на основе набора данных Global Electricity Review 2026, опубликованного Ember 21 апреля. Для сравнения выбраны 18 стран, а временной интервал унифицирован: полный 2025 год. Каждая полоса показывает долю определенного источника во внутренней выработке электроэнергии, а не в установленной мощности электростанций или общем энергопотреблении страны.

Различия между национальными энергосистемами особенно заметны на примере Франции и Норвегии. Во Франции на атомную энергетику пришлось 68,79% выработки, тогда как в Норвегии 90,03% электроэнергии обеспечили гидроэлектростанции. Гидрогенерация также преобладает в Канаде и Бразилии, обеспечивая соответственно 52,84 и 51,78% выработки. В Дании лидирует ветер с долей 57,69%.

Российская структура генерации выглядит более сбалансированной между несколькими источниками: на газ приходится 44,70%, на уголь — 18,40%, на атомную энергетику — 18,33%, на гидроэнергетику — 16,74%. В США крупнейшим источником остается природный газ, обеспечивающий 39,99% выработки.

В Китае уголь по-прежнему занимает первое место с долей 54,35%. Однако совокупная доля солнечной и ветровой генерации уже достигла 21,81%. В Индии зависимость от угля выражена сильнее: на него приходится 70,82% выработки, а в Южной Африке — 81,36%.

Эти показатели характеризуют структуру генерации, но не абсолютные объемы производства. Страна с небольшой энергосистемой может получать почти всю электроэнергию из одного источника, тогда как в крупной стране тот же источник способен обеспечивать меньшую долю, но давать больше электроэнергии в абсолютном выражении. Для корректного сравнения масштабов производства необходимы отдельные данные в тераватт-часах.

В расчет включены угольная, газовая и прочая ископаемая генерация, атомная энергетика, гидроэнергетика, ветер и солнце. Биоэнергетика и другие возобновляемые источники объединены в отдельную категорию. Сводные показатели — например, общая доля возобновляемой или низкоуглеродной генерации — не прибавлялись к отдельным источникам, чтобы избежать двойного учета.

Данные за 2025 год представляют собой оценки валовой выработки, сформированные на основе месячной статистики и последних доступных годовых показателей. Часть сведений, по данным Ember, носит предварительный характер и может пересматриваться. При наличии информации центр также учитывает распределенную солнечную генерацию, которая не всегда полностью отражается в традиционной статистике.

Глобальная картина демонстрирует постепенное изменение энергетического баланса. По данным Ember, в 2025 году возобновляемые источники впервые за более чем столетие превзошли уголь по доле в мировой выработке электроэнергии: 33,8% против 33,0%. Солнечная генерация обеспечила около 75% чистого прироста мирового спроса на электричество, а производство электроэнергии на ископаемом топливе в целом сократилось на 0,2%. При этом в Китае и Индии, крупнейших рынках электроэнергии, выработка на ископаемом топливе снизилась благодаря быстрому росту чистой генерации и умеренному увеличению спроса.

Следующий этап энергетического перехода связан не только с вводом новых электростанций, но и с возможностью использовать произведенную электроэнергию в нужное время. Согласно октябрьскому анализу Ember, в 2025 году мировые мощности накопителей выросли на 118 ГВт, из которых 108 ГВт обеспечили аккумуляторные системы. Накопители позволяют переносить часть солнечной генерации с дневных часов на вечерние и ночные, снижать ограничения выработки возобновляемых электростанций и поддерживать устойчивость энергосистемы.

При этом накопители не являются самостоятельным первичным источником энергии: они запасают электричество, произведенное электростанциями, и возвращают его в сеть позднее. Поэтому на инфографике они не выделены в отдельную категорию генерации.

Национальные энергосистемы движутся к низкоуглеродной модели разными путями: одни опираются на атомную энергетику, другие — на гидроэнергетику, третьи продолжают зависеть от угля и газа, одновременно расширяя солнечную и ветровую генерацию. Но достаточно ли быстро растут накопители и сетевые мощности, чтобы возобновляемая электроэнергия могла не просто производиться в больших объемах, а надежно обеспечивать потребителей в любое время суток? Предлагаем обсудить, какая модель энергетического перехода выглядит наиболее устойчивой и применимой для России.