Децентрализованная цепь транзакций: нейроцепь

Введение

Искусственный интеллект (ИИ) – это в первую очередь новое знание, как заявляет автор новой математики для ИИ Эггер Милберг. Хайповость ИИ в настоящее время переходит все мыслимые и немыслимые границы по количеству упоминаний даже там, где его применение, мягко говоря, ставится под сомнение. К сожалению, подавляющее большинство людей, использующих ИИ в своих работах, часто ассоциируют его с высокой степенью автоматизации каких-либо процессов. Однако автоматизация и ИИ также отличны в своей сущности, как электросамокат от беспилотного автомобиля. Из всех направлений в области IT-технологий разработка ИИ, пожалуй, является самой наукоёмкой и охватывает сразу несколько научных направлений, среди которых нейробиология, кибернетика, лингвистика и математика.

Годы исследований показали, что до сих пор не существует чётких математических методов для решения задачи по созданию даже примитивного ИИ. В связи с этим пару лет назад была сформулирована и описана первая часть большой инновационной теории новой математики для задач ИИ. Эггер Милберг, автор теории нейроцепей, которая может служить базой системы искусственного интеллекта нового поколения, ввёл ряд понятий и инструментов для создания нового поколения нейроцепей, позволяющих достаточно быстро и качественно идентифицировать причину миллиардов связей между объектами различной природы.

Искусственный интеллект (ИИ) – наиболее хайповая и ассоциирующаяся с будущим и высокими технологиями тема. Последнее время даже формируется мнение: кто не занимается ИИ, тот находится не в настоящем, а в прошлом. Из всех хай-тек проектов ИИ является одним из самых наукоёмких. Для создания качественного продукта в этой области необходимо использовать сложнейший математический движок и тщательно подготовленные референсные (или обучающие) данные. В противном случае можно только распугать потенциальных клиентов и усилить и так существующий у многих скепсис в отношении «думающих машин». 

Контракт

В данном контексте контракт – бизнес-соглашение между двумя или более сторонами. Бизнес-соглашение может включать и реализовывать любой тип бизнес-активности. Контракт может быть описан схемой, показанной на рисунке 1. Как только контракт подписан, генерируются две величины: хеш-значение контракта и хеш-значение для каждой стороны данного контракта.

Хеш-значение контракта является уникальным значением, которое генерируется один раз и остаётся активным до момента полного закрытия контракта. Полным закрытием контракта является закрытие всех предустановленных фаз контракта.

Хеш-значение стороны контракта является уникальным значением, которое генерируется в момент подписания данного контракта и назначается исключительно для каждой из сторон контракта отдельно.

Оба хеш-значения невидимы для участников глобальной сети нейроцепей (NCN), которые не являются сторонами данного контракта [2]. Каждый контракт должен иметь определённые фазы даже в том случае, если он заключается для выполнения одного действия [2]. Существуют два главных параметра, с которыми каждый подписанный контракт работает: рабочая стоимость (Job Cost – JC) и рабочие часы (Job Hours – JH).

Рабочая стоимость – расчётное значение, которое сторона контракта заработала путём исполнения своих обязанностей по контракту. Стоимость рассчитывается в часах (минутах). Более детальная информация представлена в соответствующей статье [3]. Рабочий час (минута) – единица измерения стоимости контракта.

Для целей хеширования используется криптографическая хеш-функция NACA (Neuro-Amorphic Construction Algorithm – алгоритм нейроаморфного построения) – односторонняя функция со всеми главными свойствами, которые она должна иметь по определению. Данная функция устраняет многие проблемы, такие как long message attack (атака с длинным сообщением), multicollisions (множественные столкновения), generate-and-paste attack (генерация и вставка атаки) и некоторые другие менее известные атаки. Функция на несколько порядков быстрее существующих аналогов. Подробное описание NACA приведено в соответствующей статье [4]. 

Модуль умной транзакции (STM)

Модуль умной транзакции описывает бизнес-логику для определённого контракта. Это было также показано в работе [1]. «Умная» коробка (Smart Box) имеет предопределённую рабочую логику (Predetermined Work Logic, PWL). Главное отличие между STM и PWL заключается в том, что STM назначается для отдельного контракта, в то время как PWL может описывать логику многих различных по своей тематике и направлению бизнес-контрактов. Например, если участник контрактной сети NCN вовлечён в три бизнес-контракта (производственный контракт, логистический контракт и медицинский контракт), тогда он может иметь PWL-структуру, показанную на рисунке 2.

Таким образом, каждая сторона контракта имеет собственную PWL в соответствии со своими контрактными обязанностями. Входные и выходные данные Smart Box обрабатываются в строгом соответствии с правилами каждого контракта. 

Программируемый бизнес-слой (PBL)

PBL является программируемым слоем, который позволяет двум и более контрактным сетям (NCN) соединяться напрямую в единую сеть, связанную контрактными обязательствами [2]. Например, если заключается производственный контракт на автомашины премиум-класса, тогда структура внутренних бизнес-контрактов может выглядеть так, как показано на рисунке 3.

Другими словами, PBL соединяет два и более контракта, каждый из которых реализует различный бизнес-сервис. Для правил межсетевого соединения используется аксиома взаимосвязи. 

Аксиома децентрализованной цепи

Децентрализация является главной характеристикой NCN [2]. Существует три уровня децентрализации в NCN.

Следующая аксиома формулирует правила децентрализации NCN: «Для любого контракта А, который состоит из одного или множества внутренних контрактов, существует множество контрактов, стороны которых разобщены с контрактом А».

∀A [A ≠ ∅ → ∃B(B∈A ∧ B∩A=∅)],

где A∩B=∅ ⇔ ∀b(b∈B → b⊄A), a∈A, b∈B, A, B – множество контрактов; a = {a₁, a₂, … a_n} – стороны контракта А; b = {b₁, b₂,… b_n} – стороны контракта B; n – число сторон. Также стоит рассмотреть аксиому регулярности.

Аксиома назначения

В NCN каждый контракт имеет собственное хеш-значение для целей безопасности. Это значение является уникальным. Не существует двух различных контрактов с одинаковым контрактным хеш-значением.

Следующая аксиома формулирует правило назначения хеш-значения для отдельно взятого контракта (см. рис. 5): «Для заданного множества A контрактов существует функция, которая назначает одно и только одно хеш-значение для отдельного контракта множества A».

∀A[A ≠ ∅ → ∃f:A→h, ∀a_i ∈ A (f(a_i) ∈ H)],

где f(a_i) ≠ f(a_j); H – множество хеш-значений; A – множество контрактов; N – число контрактов множества A, i = {1, 2, 3,…N}, j = {1, 2, 3,…N}. Хеш-значение контракта является обязательным и прикрепляется к каждому сообщению между сторонами контракта. 

Аксиома взаимосвязи

В NCN любой участник может соединиться с другим участником посредством контракта. Контракт является главным и единственным мостиком между двумя и более участниками NCN. Ни одно из бизнес-действий не может быть исполнено без наличия существующего и подписанного между сторонами контракта. Следующая аксиома формулирует правило создания взаимосвязи между участниками NCN: «Для любых двух участников NCN существует одно и только одно хеш-значение в заданный промежуток времени их взаимодействия».

∀a_tb_t [(a_t,b_t ∈ X ∧ X ≠ ∅) → ∃h_t (H ≠ ∅ ∧ h_t ∈ H, t ∈ T)],

где X – множество участников NCN; T – временное множество; H – множество хеш-значений; a_{t ,}b_t – элементы множества X в заданное время; t – элемент множества T; h_t – элемент множества H в заданное время.

Например, существует бизнес-контракт между четырьмя сторонами. Данный контракт имеет четыре задачи, по одной задаче на каждую сторону. Представим, что стороны 1, 3 и 4 решили исполнить контрактные обязательства посредством привлечения на аутсорсинг других участников NCN (см. рис. 6).

Тогда придётся создать новые контракты (хеш-значения) с каждым из участников. Если привлечённый на аутсорсинг участник решит привлечь другого участника NCN, то ему также придётся создать и подписать новый подрядный контракт.

В NCN существует возможность для проверки статуса любого участника в любое время. Статус показывает список контрактов, в которых проверяемый участник задействован в настоящее время. Также в публичном доступе находится следующая информация о контракте: рабочие часы, текущая фаза, время начала, время окончания и список участников. 

Контрактная цепь транзакций

В NCN любая транзакция принадлежит к конкретному контракту. Контракт должен иметь как минимум две стороны. Транзакции, которые принадлежат к отдельному контракту, формируют ассоциативную цепь. Чтобы понять, как это работает на практике, подойдёт следующий пример.

Описание: Элис написала книгу «Электронная валюта нового поколения». Задача: Элис должна перевести книгу на китайский, арабский, немецкий, французкий, итальянский и английский языки. Исполнители: китайский перевод – сторона 1, арабский перевод – сторона 2, немецкий перевод – сторона 3, французский перевод – сторона 4, итальянский перевод – сторона 5, английский перевод – сторона 6.

Как показано на рисунке 7, участник NCN вправе подписать прямой контракт как с участником NCN, так и с другим уже сформированным контрактом.

Каждая сторона вправе подписывать неограниченное количество контрактов для исполнения обязательств. Так, сторона 1 вместо прямого контракта с Элис предпочла подписать другой контракт с четырьмя сторонами NCN. Две из них также предпочли подписать прямой контракт. В свою очередь, каждый контракт имеет собственное уникальное хеш-значение. Только стороны с идентичным хеш-значением контракта имеют право обмениваться контрактной информацией. Каждый контракт в NCN может иметь ассоциативную связь с одним или многими другими контрактами. Другими словами, участник NCN может видеть, в каких других контрактах сторона 1 участвует в процессе исполнения обязательств. 

Практическая реализация

Существует множество практических случаев, где представленный механизм может быть реализован. Один из них детально описан в соответствующих статьях [3, 4]. Главное преимущество механизма заключается в способности нахождения причины происхождения события. Механизм позволяет пользователям оперативно отслеживать любые действия в NCN в обратном направлении к историческим событиям любой глубины.

Так как каждый контракт NCN разделён на одну или несколько исполнительных фаз, задача идентификации мошеннических (нелегальных) действий сводится к определению фазы контракта, которая стала отправной точкой начала таких действий.

На рисунке 8 показан контракт с тремя фазами. Каждая фаза имеет множество внутренних контрактов с собственными фазами и транзакциями. В случае неисполнения обязательств, скажем на этапе фазы 3, механизм позволяет построить ассоциативную цепь к фазе, которая экономически связана с транзакцией 312. Это становится возможным посредством инновационного «метода одного синапса» [6]. С помощью этого метода возможно построение ассоциативных связей любой длины как по PTP-контрактам (Party-To-Party контракт между контрагентами – юрлицами), так и по PTC-контрактам (Party-To-Client, контракт между стороной клиентом). 

Заключение

В настоящей статье был предложен механизм построения децентрализованной цепи контрактных транзакций. Наряду с «методом одного синапса» и «нейроаморфным алгоритмом построения» (NACA) механизм позволяет участникам NCN очень быстро находить причину сбоя или нелегальных действий. Это может быть крайне эффективным решением для реализации системы противодействия отмыванию денег. Даная работа может быть полезной для специалистов при проектировании и запуске безопасной и стабильно работающей бизнес-сети любой сложности.

Литература